Мнения
   

   

Пятница, 16 Июнь 2017 11:18

Властелин сердец

Автор 
Оцените материал
(0 голосов)

Вчера самому обласканному вниманием представителю русского символистского поэтического сословия Константину Бальмонту исполнилось бы 150 лет. Прожил он половину этого срока. И тут есть некая символика. Вечное пристанище гениальный поэт Серебряного века нашел в невеликом городке Нуази-ле-Гран под Парижем.

В чем, спросите, гений этого статного, слегка рыжеватого, с высоко поднятым челом поэта? А в том, что именно у него, в отличие от таких поэтически одаренных натур, как Мандельштам, Есенин, Маяковский и Блок, была, по выражению классика, та необыкновенно «певучая сила» таланта. Вы только вслушайтесь в бальмонтовские «Камыши»: «Полночной порою в болотной глуши/ Чуть слышно, бесшумно, шуршат камыши». По признанию Валерия Брюсова, Бальмонт «нераздельно царил над русской поэзией» добрый десяток лет. Им увлекались, ему пытались подражать, как будто можно было у Бога выпросить или украсть толику дарования. Он купался в славе при жизни, но… до «красного» Октября. Февральскую революцию поэт принял, а вот от большевистской спасла его эмиграция. Вначале 17-го у него вырывается: «Да здравствует Россия, свободная страна!», но уже в июле того же года он пишет стихотворение «Этим летом я Россию разлюбил».

Бальмонт, по воспоминаниям современников, был необычайно плодовитым поэтом и оставил богатейшее литературное наследие – 35 поэтических сборников и 20 книг прозы. Он автор как непревзойденных шедевров, так и проходных стихотворных строк. Но именно благодаря великолепию музыкального слога он покоряет сердца и души поклонников и в ХХI веке.

В свое время Константин Дмитриевич даже потеснил во мне своим звукорядом любимого Блока. Ничего подобного его уникальному символистскому языку доселе я не читал. Идеологические шоры да и поверхностный взгляд в ту пору не позволяли в должной мере охватить многообразную гамму бальмонтовской певучести. Когда же услышал в мемуарах Ильи Эренбурга «Люди, годы, жизнь» этот пронзительно-мелодичный стихотворный мотив из «Безглагольного»: «Есть в русской природе усталая нежность,/Безмолвная боль затаенной печали, / Безвыходность горя, безгласность, безгрешность, / Холодная высь, уходящие дали», хотелось бросить в топку папиной кочегарки все свои «мелкотравчатые» литературные опыты и не портить бумагу. Книгу дал почитать Владимир Александрович Минаев, обнаруживший в моих стихотворных опусах некое, по его словам, подражание Алексею Кольцову. Поэтический наставник был старше меня на лет 40, восторгался Белым, Мережковским и Гиппиус. Он был вдохновителем моих проб пера, и в силу своей романтической натуры, за компанию, так сказать, влюбил меня в декадентов и символистов. Почти все опубликованные в районной и республиканской прессе стихи прошли его ревизию. А был он всего лишь начальником отдела кадров ДОКа. Однажды я пришел к нему на работу с новыми стишками. «Ого! – воскликнул он прямо с порога, – наше творческое содружество оставляет уже заметные следы». Оглянувшись назад, я обмер – от дверей до рабочего стола свежевымытый пол был пропечатан мазутом от моих подошв. Я извинился и покраснел, а он успокоил: «Молодой человек, в этом тоже есть элемент окружающей нас символики. Ну-ка, показывайте, что вы там принесли…»

В этот мир, преисполненный звуков,

я однажды вошел, как Бальмонт.

Только вот замарался в мазуте,

Ну а в солнце воспел себя он.

Прочитано 25 раз Последнее изменение Пятница, 16 Июнь 2017 10:20
Станислав Маевский

Ответственный секретарь

Сайт: perspektiva-info.by
Другие материалы в этой категории: « Поцелуй не при луне Защитник »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию. HTML код разрешен.

 
 

 

 

 
 
 
 
 
1_izbircom.gif2_prezid.gif3_mininfo.gif4_pravo.gif5_obl.gif6_rajisp.gif7_gorisp.gif
Индекс цитирования. Яндекс.Метрика

Подпишись на RSS сайта.